Он приехал во Францию, чтобы похитить японку, сбежавшую от мужа. Следовало наказать и ее, и мужчину, который ей помог. Наказать так, чтобы запомнилось. Звали ее Ханако, она была молодая и красивая. Шесть месяцев назад Ханако убежала с Тайваня, где сопровождала мужа в деловой поездке, и сейчас считала, что она в безопасности. Глупая женщина.

Для особых ситуаций существует особая тактика, писал Сунь Цзы. Когда это возможно, побеждай, навязывая врагу свою волю или ломая его дух. Не обязательно убивать. Напади на ум врага. Лиши его воли к сопротивлению.

Лишить Ханако воли к сопротивлению.

Она находилась в шестидесяти ярдах от конюшен, в поместном доме четырнадцатого века, окруженном высокими живыми изгородями и расположенном меж двух искусственных озер. Дом, однако же, охранялся периметровыми сигнализаторами — на дверях и окнах первого этажа. Кроме того, охрану несли два человека с автоматами «Узи» и доберманами. Еще два человека и один доберман патрулировали у конюшни, где прятался Полтава.

Конечно, он мог выбрать и пустую конюшню, их было две. Но та, что с лошадьми, стояла ближе всего к дому. И генератору.

Коневодческая ферма принадлежала Сержу Кутэну, богатому французу сорока четырех лет, он владел самой большой в стране сетью магазинов, продававших компьютеры, а также контрольным пакетом акций в компании, которая строила торговые центры американского типа в Азии. Охрану он поставил для того, чтобы уберечь коллекцию древних гобеленов — и первоклассного, бесценного жеребенка с безукоризненной родословной.

Ханако была сейчас любовницей Кутэна. Вчера они вдвоем покинули его дом в Париже и приехали в Довиль, собираясь присутствовать завтра вечером на обеде в роскошном отеле «Нормандец» — чествовали американского жокея, одного из тех, кто собирался на бега. Этот жокей выступал во Франции уже давно, одержал сотню побед, и Кутэн рассчитывал использовать его в рекламе своих магазинов.