– Ты устал. Давай-ка я тебе постелю.

Кризи немного встряхнулся.

– А ты как же? Сам ведь всю ночь глаз не сомкнул.

– Я после обеда подремлю. На сколько ты можешь остаться?

Кризи пожал плечами.

– У меня нет никаких определенных планов, Гвидо. Дел никаких не предвидится. Просто захотелось на тебя посмотреть, узнать, как ты поживаешь.

Гвидо кивнул.

– Это хорошо. А то уж очень долго мы не виделись. Ты работал?

– Последние полгода – нет. Я только что с Корсики.

Они уже направлялись к двери, но, услышав ответ Кризи, Гвидо остановился и вопросительно взглянул на друга.

– Не спрашивай почему. Я там даже ни с кем не повидался. Просто меня каким-то ветром занесло в Марсель, там что-то подтолкнуло сесть на паром.

Гвидо улыбнулся.

– Раньше вроде ты таким не был.

Кризи тоже ему улыбнулся – устало и опустошенно.

– Давай-ка мы вечером обо всем как следует потолкуем. А сейчас покажи мне, где кровать.

Гвидо сидел на кухне и ждал, пока Пьетро вернется с рынка. Все шесть комнат в пансионе были заняты постояльцами. На обед и на ужин всегда собиралось много народу из ближайшей округи, и это приносило вполне сносный доход. Дело это поставила еще Джулия, и пансион быстро завоевал хорошую репутацию простыми, но вкусными и сытными блюдами. Сначала на весь район разнеслась молва о том, что Джулия прекрасно готовит на мальтийский манер жаркое из кролика, а вскоре она освоила и все премудрости местной кухни. После смерти жены Гвидо сам попытался продолжить начатое ими вместе дело и, к большому своему удивлению, обнаружил, что ему это удалось. Завсегдатаи сначала продолжали обедать и ужинать в пансионе по привычке и потому, что жалели Гвидо, а потом – оценив достоинства его кухни.

Гвидо размышлял о том, что могло случиться с Кризи.