"Новый Гарри Грант", пояснил Дино, как будто Элейн понятия не имела, что за звезда экрана этот малый.

"Ну, ну", сказала Элейн.

"Вообще-то, лет двадцать он никому не давал серьезные интервью", продолжал Стоун, "поэтому такую возможность нельзя было упустить. Аррингтон к тому времени уже знала Калдера, - она была с ним на обеде, где мы с ним и познакомились".

"Да, хватит предисловий", заметила Элейн.

"Ладно. И вот я сижу на зафрахтованной посудине на святых Марках, ожидая появления Аррингтон, а в это время на большой великолепной яхте плывет эдакая блондинка, к тому же совершенно одна. Правда, она покинула Канарские острова с мужем, которого уже не было в живых. Итак, ей приписывают убийство, и все кончается тем, что я защищаю ее в суде".

"Думаешь, я не читаю газет"? прервала Элейн. Как будто все западное полушарие не читало об этом процессе"!

"Хорошо, хорошо. Итак, я продолжаю получать факсы от Аррингтон, из которых следует, что она занята с Калдером, потом я получаю сообщение, что она собирается с ним в Лос Анжелес для дальнейшей разработки темы".

"Разработки! Мне это нравится", засмеялась Элейн.

"Так вот, я пишу ей письмо, изливая сердце, практически делаю официальное предложение"…

"Практически? Как это"? потребовала Элейн.

"Ну, хорошо, не буквально делаю предложение, но, думаю, она могла бы понять общую идею".

"До нее не дошла идея"?

"До нее не дошло письмо. Я передал его одной мадам, которая направлялась во Флориду, чтобы та переслала письмо федеральной почтой, но самолет разбился при взлете".

"О, это самая лучшая причина, которую я когда-либо слышала на случай, если письмо вовсе не было написано", сказала Элейн. "Ты уверен, что его не проглотила твоя собака"?

"Клянусь, я написал это письмо. А потом, прежде чем мог написать его вновь, я получил факс от Аррингтон, из которого узнал, что они с Калдером накануне поженились в Аризоне. Что мне оставалось делать после этого"?