Я скинул пиджак и галстук, включил радио, достал из холодильника пиво и уселся в привинченное к полу кресло. На стенах висели плохонькие репродукции в рамках: бравый матадор, морской пейзаж и «Аристотель, созерцающий бюст Гомера» Рембрандта. Я отхлебывал пиво и смотрел на Аристотеля, созерцающего бюст Гомера.

У трейлерного парка было поэтичное название — Сосновый Шепот. Его заложили несколько предприимчивых сержантов в конце 60-х годов, когда казалось, что война в Азии будет длиться вечно. Форт-Хадли, в то время пехотный центр, кишел солдатами и членами их семей. В Сосновом Шепоте тоже было полно молодых женатых пехотинцев: им разрешали, даже советовали селиться вне территории военного городка. Неподалеку сделали бассейн, в котором целыми днями бултыхались детишки и молоденькие жены солдат. В парке было много пьяных. Было много скуки, мало денег, а будущее затягивал военный туман.

Это было не похоже на американскую мечту. Когда одни мужчины уходили на войну, другие мужчины слишком часто приходили в их спальни. Я и сам жил тогда здесь, и тоже ушел на войну, и кто-то занял мое место в постели и, увы, увел мою молодую жену. Но это было несколько войн назад, и столько всего произошло с тех пор, что единственная обида, которая еще жила во мне, заключалась в том, что этот подонок прихватил и мою любимую собаку.

Я перелистал несколько журналов, выпил еще несколько банок пива, вспомнил Синтию и решил не думать о ней больше.

В нормальные дни у меня бывает побольше развлечений, но мне предстояло в пять часов утра прибыть на оружейный склад.

Глава 2

Оружейный склад на военной базе — это изобилие всевозможных военных изделий, продуктов американских высоких технологий, которые иногда по ночам взрываются.