— Простите. Быстрее я не могу.

— Старайтесь идти по шпалам, — сказал Тедди. — Между ними — вода и грязь.

— Зачем здесь рельсы? — спросил Майк.

Мы шли гуськом, переступая со шпалы на шпалу. Диаметр туннеля составлял около двенадцати футов.

— Этот отрезок туннеля тянется на девять миль к югу, — сообщил Тедди. — Он соединяет наш водовод с бруклинским. А передвигаемся мы здесь на маленьких дрезинах. Их по частям спускают на том самом лифте, на котором вы приехали, и собирают уже внизу.

Майк обернулся — посмотреть, не отстаю ли я. Потом посмотрел поверх моей головы:

— А сзади нас? Что там?

— Вторая часть туннеля длиной тринадцать миль. Тянется из северной части штата, проходит под Бронксом. — Тедди вытащил из кармана пластиковый пакет, достал из него сигарету, закурил. — Полицейские эксперты ждут вас у кротователя. Там, где произошел взрыв.

— Что такое кротователь? — спросила я.

— Машина, которая бурит большие дыры в скальной породе. В Штатах их прежде никогда не использовали. Именно с их помощью прорыли под Ла-Маншем туннель, который соединил Англию с Францией. Весит три сотни тонн, стенки оставляет гладкие, как лед, и работает в три раза быстрее, чем прежняя техника. Из-за нее-то многие «кабаны» и ищут теперь работу.

Далеко впереди замелькал луч света. Похоже, там кто-то помахивал фонарем. За моей спиной вдруг послышался нарастающий гул.

— Сойдите с путей и прижмитесь к стене, — сказал Тедди. — Это сигнал о том, что к кротователю идет поезд.

Я вцепилась в плечо Майка, прижалась к стенке туннеля. Пронесшаяся мимо нас дрезина с вагонетками подняла пыль, от которой я закашлялась.

— Куда она направляется? — спросил Майк.

— Это мусоровоз. Кротователь сверлит породу, оставляя обломки — мусор. Его необходимо вывозить, доставлять к конвейерному подъемнику, который находится позади лифтовой шахты.