Дхама подъехал к Мишелю.

— Что думаешь? — спросил у него француз.

— Думаю, лучше не показываться им на глаза, — ответил монах.

— С нашей стороны это будет трусостью!

— Англичане — народ непредсказуемый. А наши люди и животные устали. Недалеко отсюда есть лес, там и разобьем лагерь.

Мишель окинул взглядом своих людей. Дхама был прав — они совсем выбились из сил. Большая часть их пути пролегала по землям, кишащим опасностями. Чего стоит одна только Великая индийская пустыня с ее ледяными ночами и невыносимо жаркими днями! А если вспомнить о том, что от Би–канера до самой границы Пенджаба их преследовали местные бандиты… И все же усталость — не повод убегать при виде англичан.

Сердце Мишеля сжалось. Нахлынули воспоминания. Он прижал руку к груди. Там, под курткой, он носил орден Почетного Легиона, который его отец получил из рук самого Наполеона перед Российской кампанией. Ему никогда не сравняться славой с отцом, погибшим при Ватерлоо… Мишелю вспомнилась и рано ушедшая мать. Она передала ему эту награду, которая теперь жгла ему грудь. Лишившись родителей, Мишель, у которого не было близких родственников, продал все имущество и уехал из Франции. Вначале он отправился в Египет, потом в Судан, где в компании с еще одним искателем приключений, итальянцем, постиг азы ремесла «продавец редкостей и экзотичных товаров». Поднабравшись опыта, он решил действовать на свой страх и риск и в одиночку отправился в Индию, где можно было за месяц сколотить состояние и за день его потерять. Но всегда, где бы ни довелось ему встретиться с англичанами, он вспоминал о Ватерлоо и о попранной чести Франции.

И он, пожалуй, последовал бы совету Дхамы, если бы тот не добавил, всмотревшись в даль:

— Во имя Ганеши! Да это твой старый знакомец, сэр Чарльз Эмингтон!