— Твои непосредственность и прямолинейность всегда восхищали меня, и я никогда не обижалась.

— А сейчас? — Он неотрывно смотрел в ее зеленые глаза.

— Сейчас тем более. — Ирина поймала себя на мысли, что все больше смущается под взглядом Павла. Но она не должна показать этого. Женщина поднесла букет к лицу и вдохнула его аромат.

— Почему?

— Что почему? — переспросила она, глядя на Павла поверх цветов.

— Почему именно сейчас ты не обижаешься?

— Опять же по той причине, — ответила Ирина. — Ты знаешь слабые места женщин. Ты не просто подарил мне цветы, ты подарил их, потратив последние деньги. Последнему я мало верю, но все равно приятно.

— Другая бы на твоем месте обиделась, как если бы увидела на букете ценник.

— А другой ты бы этого не сказал. Другая бы только порадовалась, что ты тратишь на подарок последние деньги.

— Да, в чем-то, наверное, ты права.

— Я изучила тебя за два года совместной жизни и не верю, что, к примеру, на тебя действует приближение весны. Так что выкладывай, зачем пришел.

— Хочу устроиться к тебе на работу.

— Ты не подъезжай, Паша, говори прямо.

— Хочу устроится к тебе на работу, — упрямо повторил он. — У тебя есть вакантная должность ночного сторожа?

Ирина медленно покачала головой. Букет по-прежнему у лица, ее глаза удивительно гармонируют с упругими лепестками чайных роз.

— А уборщиком-волонтером возьмешь?

Ирина положила цветы на стол и вздохнула:

— Почему бы тебе просто не сказать: «Ира, мне несколько ночей нужно провести в твоей типографии»?

— Одному.

— Это я уже поняла. Будешь следить за домом напротив?

— Буду, — пообещал Павел. — Если мы пришли к соглашению, то у меня еще одна просьба.

— Не много ли для первого раза?

— Не знаю, разберись с этим сама.

— Так что ты еще хочешь?

— Ты можешь изменить график работы Сергея?