Быстрым шагом он прошел через комнату, заполненную полками с бесценными фолиантами. Даже теперь, в минуты отчаянной опасности, он с горечью думал о том, что рыцари могут поджечь монастырь, и тогда эта сокровищница знаний бесследно исчезнет.

Он осторожно крался по комнатам, неизменно придерживаясь восточного направления. Ему нужна была внешняя восточная стена. Время от времени до него доносился нарастающий шум сражения, словно волны морского прибоя, разбивающиеся о галечный берег. Звон стали, ударяющей о сталь, звериный рык бросавшихся в схватку воинов, проклятья, тяжкие стоны раненых и умирающих, — эти звуки сеяли ужас в его душе.

Когда он наконец добрался до цели, уже совсем стемнело. Восточная стена была полностью выложена сложной греческой мозаикой. Плохо слушающимися пальцами фра Леони нащупал в полной темноте механизм, открывающий вход на потайную лестницу, — пятая снизу, третья слева плитка, нужно нажать и… В этот момент он услышал негромкий звук и настороженно замер. Сначала ничего не было слышно, затем звук повторился. Сталь царапнула о камень. Кто-то находился в зале вместе с фра Леони, но нападать не собирался. Он наблюдал за священником и ждал.

Фра Леони подавил желание открыть дверь и бежать. Нельзя было позволить врагу узнать о потайном ходе, ведущем к спасению. Если рыцарям станет о нем известно, они вернутся и последуют за фра Леони со всем своим арсеналом. Он же в нынешнем положении не может рассчитывать на помощь извне: Трапезунд атакован войсками турецкого султана…

Незаметно убрав руку с заветной плитки, он отступил от стены. А затем сделал последнее, чего мог ожидать его противник, — двинулся прямо на него, ориентируясь по едва слышным звукам.