Фра Мартин начал молиться, сосредоточив внимание на главнейшей части своего бытия. Всем существом обратившись к Богу, он тем не менее заметил, как вывернутое из земли огромное дерево у него над головой вдруг словно само по себе сдвинулось с места. Сначала медленно, затем все быстрее оно покатилось по склону, — пока наконец не рухнуло вниз, прямо на колонну рыцарей. Снизу раздались вопли смятения и боли.

Изумленный, фра Мартин сглотнул, наблюдая за хаосом в рядах врага.

— Это промысел Господень… — прошептал он.

— В некотором роде, безусловно, да.

Страж поднял залитые потом, засыпанные красной землей Сумелы глаза, пытаясь разглядеть говорившего. Сперва монаху показалось, что сам святой Франциск явился ему на помощь. Но потом видение улетучилось.

— фра Леони, — прошептал фра Мартин, — хвала Господу!

Фра Леони очень подходило его имя.

— Нужно спешить, пока они не опомнились. Время дорого, — фра Леони протянул крепкую руку, облепленную кусочками мха и древесной коры, и вытащил своего товарища на безопасное место.

Сумельский монастырь, казалось, был высечен прямо в толще вековой скалы, — зазубренный клык в самом сердце Карадаглара, или Черных гор, лежащих между Трапезундом и Арменией.

— Султан Мурат II со своим флотом заставил венецианские корабли отступить. — фра Просперо обращался с этими словами к священникам, собравшимся вокруг потемневшего деревянного стола в трапезной монастыря. Лица их были мрачны. — В любой момент Трапезунд может подвергнуться нападению. И на этот раз ему не поможет его удачное местоположение. Золотой Город падет, а вслед за этим турецкая нечисть подступит к воротам Сумелы.

— Прямо сейчас нам угрожает другая беда.

Священники все как один обернулись к закрывшей дверной проем фигуре в залитом кровью одеянии. Над их головами с выбритыми тонзурами уходили высоко вверх своды потолка, напоминавшие могучие плечи гиганта-воителя.