Важно было лишь то, чтобы они своевременно оплачивали счета. Блэкшир показался ему платежеспособным, и он встретил его радушной улыбкой:

— Чем могу быть полезен, сэр?

— Полагаю, меня ждет мисс Кларво.

— Простите, ваше имя?

— Пол Блэкшир.

— Минуточку, сэр, я справлюсь.

И Хорнер направился к щиту коммутатора, ступая мягко и осторожно, как будто кто-то из его заклятых врагов разбросал по полу кнопки. Что-то сказал дежурной телефонистке, едва шевеля губами. Девушка оглянулась через плечо на Блэкшира с каким-то мрачным любопытством, и он подумал: не та ли это Джун Салливан, о которой мисс Кларво упоминала в письме.

Блэкшир встретил ее взгляд. Это была тощая блондинка с дрожащими руками и неестественно бледным лицом, словно черные наушники, подобно пиявкам, высосали из нее слишком много крови.

Хорнер наклонился к ней, а она отодвинулась от него, насколько было возможно, и начала зевать. Зевнула три-четыре раза, так что заслезились глаза и покраснели веки. Угадать ее возраст было невозможно. Либо худосочная двадцатилетняя девица, либо недоразвитая сорокалетняя женщина.

Хорнер вернулся к конторке, сердито теребя лацканы черного пиджака.

— Мисс Кларво ничего нам не говорила, сэр, а ее номер не отвечает.

— Я знаю, что она ждет меня.

— Да, конечно, сэр, я не хотел вас обидеть, поверьте. Мисс Кларво часто не подходит к телефону. Затыкает уши ватой. Многие наши постояльцы так поступают из-за уличного шума…

— Какой ее номер?

— Четыре двадцать пять.

— Я поднимусь к ней.