— Вы ко мне? — без тени эмоций поинтересовалась хозяйка.

— У меня к вам поручение… — начал Иванов.

— Проходите, — предложила женщина и посторонилась, пропуская нежданных гостей.

В коридоре Иванов снова попытался заговорить о том, зачем пришёл:

— Три месяца назад я летал в Чечне…

— Я поняла, что вы оттуда, — тихо перебила хозяйка. — Проходите на кухню, я вас накормлю.

Уже сидя за столом на кухне, женщина бесцветным голосом произнесла:

— Вчера я видела сон про Гену… и вот вы приехали. Вы знали моего мужа? Как он погиб?

— Ваш муж был очень хорошим человеком и настоящим боевым другом. Мы с Геннадием воевали в одной команде… — начал рассказывать Иванов и почувствовал, как Лена нашла под столом его руку.

Вдова мужественно держалась, когда Иванов рассказывал о днях, проведённых вместе с её мужем, и о последнем их совместном задании. Глаза вдовы оставались сухими, когда Иванов дошёл до момента гибели всей команды. Только Лена сильнее и сильнее сжимала руку мужа…

— А вы могли бы не ходить на ту сопку? — вдруг спросила вдова. Этот вопрос мучил Иванова с первого дня, когда он пришёл в сознание в госпитале. И тогда он не смог ответить на него, и сейчас — лишь почувствовал тяжесть непоправимой вины перед этой ставшей уже почти седой женщиной за гибель её мужа. Ведь это он — Иванов настоял и повёл группу на ту злосчастную сопку!

— Гена Вас очень любил. И именно это просил Вам передать… — пряча глаза, проговорил Иванов.

Женщина проводила их до двери. И уже за закрытой дверью Иванов и Лена расслышали сдержанные рыдания…

Потом Ивановы молча ехали на окраину города в военный городок, где в общежитии проживали вдова и годовалая дочь погибшего радиста. С трудом Ивановым удалось разыскать эту маленькую семью. Условия их существования потрясли Иванова…