В глубине сознания они все еще довлели над бедным Джералдом, не способным вскружить голову девчонке, и все те же слова – кстати, среди них и «глупо», и «смешно» – возвращали его снова в этот проклятый колледж, как будто он закончил его только вчера… Во всяком случае, так она думала. Психологи могут быть ужасно недогадливыми – просто тупыми, даже когда речь идет об очевидных вещах, так она всегда думала. Но что касается навязчивых идей, тут они часто попадают в точку. Некоторые воспоминания гноят человеческое сознание, как язвы, и некоторые слова – например, слова «глупо» и «смешно» – могут бросить в жар, свести с ума.

Она со страхом ожидала приступа стыда – жгучей волной окатывающего низ живота – и с облегчением отметила, что остается спокойной. «Наверное, я устала притворяться». – подумала она, и эта мысль повлекла другую: надо было посвятить мужа в свои сексуальные фантазии, не пришлось бы поддерживать этот унизительный проект с наручниками. Нет, некоторое необычное возбуждение сопровождало первые эксперименты (с шарфами), и у нее пару раз даже было по несколько оргазмов, что случалось с ней крайне редко. Кроме того, раздражали и побочные эффекты – к ним она отнесла это чувство унижения. У нее появились ночные кошмары. Она просыпалась в судорогах страха, и руки ее в ужасе сжимали ее маленькие тугие груди… Она помнила только один из кошмаров, да и это воспоминание было тусклым и смазанным: она играла в крокет голой, и солнце вдруг померкло.

«Все это ерунда, Джесси: об этом ты подумаешь в другое время… Сейчас самое важное – заставить его отвязать тебя».

Да. Потому что это не была их игра – это была игра Джералда, и она включилась в нее только потому, что Джералд хотел этого. Но эта игра ей больше не нравилась.

Снова раздался одинокий крик гагары на озере. Сомнамбулическая ухмылка предвкушения удовольствия на лице Джералда сменилась выражением недовольства. Его взгляд как бы говорил:

«Стерва, ты сломала мою игрушку».