Они до смерти запуганы глупыми директивами, которые постоянно текут из Вашингтона таким потоком, словно у них там настоящий понос. Мы же относимся к своим словам менее трепетно, так и надо. А вот федералы буквально рехнулись на том, как бы не оскорбить какую-нибудь этническую группу. Поэтому и несут всякую чушь вроде: «Здравствуйте, мистер террорист, меня зовут Джон Форстер, я получил задание арестовать вас».

Но тем не менее Ник сказал мне:

– Вам неудовлетворительная оценка за поведение, детектив Кори. Это расовое оскорбление.

Что касается Ника Монти, то ему слегка перевалило за пятьдесят, он был женат, имел детей. Лысый, с небольшим брюшком, он выглядел совсем безобидным, и невозможно было представить себе, что он работает в разведке. Но Ник, вероятно, был очень хорош в своем деле, иначе федералы не стали бы сманивать его к себе.

Я углубился в чтение бумаг, находившихся в папке. Оказывается, этот арабский джентльмен колесил по всей Западной Европе, и там, где он побывал, случались несчастья с американцами или с англичанами: бомба в британском посольстве в Риме, бомба в американском кафедральном соборе в Париже, бомба в американской лютеранской церкви во Франкфурте, убийство топором офицера ВВС США в окрестностях авиабазы Лейкенхит в Англии, убийство из пистолета в Брюсселе трех американских школьников, чьи отцы были офицерами НАТО. Последний случай показался мне особенно отвратительным. Интересно, что за проблема у этого парня.

Как бы там ни было, ни один из вышеупомянутых случаев нельзя было напрямую связать с этим Халилом, поэтому за ним установили наблюдение, чтобы выяснить, с кем он связан, либо взять с поличным. Но похоже, этот предполагаемый террорист не имел никаких знакомых и сообщников: он вообще ни с кем не встречался. Смех, да и только.

В досье я нашел письменное донесение агента, подписанное псевдонимом и направленное в неназванный разведывательный орган. В донесении говорилось: