Говорят: приказ из столицы прибыл... Но самое-то удивительное - в другом! На место Губернатора назначен... кто бы вы думали?.. Ни за что не догадаетесь!.. Чесоткин! Представляете?! Владелец бань! А на пост Судьи, - он несколько раз чихнул: - аптч!.. аптч!.. аптекарь Нарывчик!.. Как вам это нравится? ! Общественность в панике! Тут явно какой-то шахермахер... За какие такие заслуги, я спрашиваю, Нарывчик станет меня, русского помещика, судить?! - Он сделал паузу, чтоб отдышаться и впервые понизил голос: - Я давно подозревал, что они оба... тайные агенты немецкого Двора... или того хуже: масоны!.. Но это так, - между нами!.. - Стошнилов заторопился. - Не буду вас утомлять, уважаемый Викентий Гаврилович! - он ткнул кучера острием зонта. - Пшел! - и через мгновенье только облако пыли повисло перед окном Передрягина.

На этот раз Передрягин не очень-то удивился. "Вот она в чем "ИНСТРУКЦИЯ!" - подумал он. - Теперь Я МОГУ ПРАВИТЬ ЛЮДЬМИ!" Такая мысль пришлась по душе и, вспомнив всех своих обидчиков, ему тут же захотелось им насолить.

Он взял на ладонь картонного полковника Айдамолодецкого и сильно щелкнул его пальцами по носу, затем ножницами аккуратно срезал генеральские погоны и поставил сторожить будку, что при въезде в город. Потом он припомнил обиду владельцу ресторана "Чего изволите?" - господину Пивнухе, когда тот сообщил в военное училище про напившегося до чертиков курсанта, да не кому-нибудь, а лично полковнику Айдамолодецкому, и тот велел примерно наказать провинившегося розгами.

Ну, господин полковник был уже наказан.., а вот владельцу ресторана Передрягин приготовил другой сюрприз: он сделал его мальчиком на побегушках.

Словом, потрудился Передрягин наславу! Он вошел во вкус этой игры, и каждый день, словно режиссер перед театральным макетом, ставил новый спектакль. Ему понравилось играть чужими жизнями и судьбами, а самому оставаться в тени.