Алекс не удержала слез. Кей-Кей – ее семейное прозвище, произведенное от второго имени – Кэроли.

– Да. На самом деле я Алекс. Алекс Морс.

– Специальный агент Морс, – нелепо добавил Билл.

– Сестра спрашивала обо мне? – спросила Алекс, вытирая щеки.

– Грейс только о вас и говорит.

– Она в сознании?

– Сейчас – нет. Мы делаем все, что можем, но вы должны готовиться… – Доктор Эндрюс бросила на нее оценивающий взгляд. – Должны готовиться к худшему. Грейс привезли сюда с тромбозом, но она дышала самостоятельно, и меня это обнадежило. К сожалению, позже мозговое кровообращение ухудшилось, и я решила начать тромболитическую терапию, чтобы растворить сгусток. Иногда это дает чудесные результаты, но существует большой риск кровоизлияний в мозгу или где-нибудь еще. Вероятно, именно это сейчас и происходит. Мы могли бы сделать МРТ,

Алекс вздрогнула.

– Не пугайтесь, если она с вами заговорит. Речевые центры повреждены, и слова звучат невнятно.

– Я понимаю, – нетерпеливо произнесла Алекс. – У нашего дяди был инсульт. Можно мне посидеть с ней? Мне все равно, в каком она состоянии. Я просто хочу находиться рядом.

Доктор Эндрюс улыбнулась и повела ее в палату. Возле двери Алекс обернулась к Биллу:

– Где Джеми?

– В Риджленде, у моей сестры.

Риджленд – маленький поселок в десяти милях от города.

– Он видел, как Грейс упала?

Билл с мрачным видом покачал головой.

– Джеми был занят игрой. Он знает, что его мать больна, больше ничего.

– Не думаешь, что надо привезти его сюда?

Алекс пыталась говорить нейтральным тоном, но лицо Билла потемнело. Казалось, он хотел ответить что-то резкое, но потом глубоко вздохнул и пробормотал:

– Нет. – Видя, что Алекс продолжает на него смотреть, Билл понизил голос и добавил: – Не хочу, чтобы Джеми смотрел, как умирает его мать.