— Это древняя история, приятель.

— Ты действительно так думаешь? Мартин, у меня есть друзья в полиции. Люди еще не знают, но мне известно, что кто-то уже вновь начал оставлять маленькие записочки и черные розы по всему Портленду. Думаю, старая история вновь повторяется, как когда-то в Хантерс-Пойнте. Что думаешь об этом?

— Думаю, что ты очень сообразительный малый, мистер… — Дариус специально замялся, рассчитывая выудить имя у своего незнакомца.

Но незнакомец только покачал головой:

— А вот имен не надо, Мартин. Просто заплати, и все.

— Сколько?

— Думаю, что двести пятьдесят тысяч будет нормально. Ведь, чтобы нанять адвокатов, тебе понадобится намного больше.

У незнакомца были тонкие жидкие волосенки, похожие на солому. Сквозь них просвечивала кожа, когда он слегка наклонялся вперед. Нос был сломан, плечи неразвиты, но грудь широкая.

— Думаю, тебя никто не нанимал расследовать дела в Хантерс-Пойнте, — неожиданно произнес Дариус.

Легкое удивление промелькнуло на лице незнакомца, а затем его сменила улыбка, обнажились почерневшие от никотина зубы.

— Прекрасно. Даже не собираюсь узнавать, как ты об этом догадался. Так вот — по рукам?

— Уверен, что за тобой никто не стоит. По крайней мере, сейчас.

Незнакомец промолчал.

— Но одно мне бы очень хотелось знать, — продолжал Мартин, с любопытством изучая лицо собеседника. — Тебе же известно, что я могу сделать с человеком. Почему ты не боишься, что я тебя убью?

Незнакомец затрясся от смеха.

— Котенок, Мартин, ты просто котенок, как и все вы, насильники, которых мне удавалось прижать к стенке. Мужики, по-настоящему жестокие с женщинами, с другими мужиками обычно не столь уж круты. Знаешь, что я обычно делаю с такими сосунками, как ты? Я из них самих делаю девочек. Так-то, Мартин. Превращаю их в маленьких голубых. С тобой мне придется сделать то же самое, если я потеряю вдруг интерес к твоим деньгам.