Болден устремился за тем, кто бежал помедленнее. Будто со стороны, он видел себя несущимся по закоулкам Чикаго. Синие джинсы. Серая футболка. Долговязый подросток с растрепанной шевелюрой. Малолетний преступник, который никогда не улыбается. Неуловимый. Никому еще не удалось схватить Томми Би.

Добежав до Диланси-стрит, те двое свернули за угол и помчались по поперечной улице. Квартал был темный и не такой многолюдный, как Бродвей. Болден нагонял их, пытаясь еще больше увеличить скорость. Давай, давай! — подбадривал он себя, энергично работая руками и стараясь дышать как можно глубже, но быстрее уже не получалось. Семь лет за письменным столом расслабили его стальные мышцы. А еженедельных игр в упрощенный вариант баскетбола для офисных служащих едва ли хватало на поддержание в приличном состоянии легких: полминуты, и они уже горели. Во рту пересохло, дыхание обжигало горло, словно по нему чиркали спичкой.

Впереди справа показался переулок. Грабители нырнули в него. По обеим сторонам вдоль стен выстроились мусорные бачки. Пар поднимался от канализационной решетки. А из сломанной трубы на асфальте натекла лужа. Болден свернул за угол всего на секунду позже. Собрав последние силы, он подбежал вплотную к бандитам. Если протянуть руку, то вполне можно схватить одного из них за воротник…

И тут мужчины разом остановились и повернулись к нему.

Тот, что покрупнее, оказался латиноамериканцем с широким обезьяньим лицом. Нос ему ломали явно не раз. Грязные, всклоченные волосы были коротко подстрижены на висках. Злобный взгляд вызывал на драку. Зато у другого, светловолосого и худощавого, взгляд был бесцветный и спокойный. Он держал серебряную тарелку под мышкой, словно футбольный мяч. Его щеку портил старый звездообразный шрам — либо от зажженной сигареты, либо от пулевого ранения.