Вспомнившаяся боль пульсировала так ясно, как будто это была настоящая рана во влажном сочленении ее бедер.
"Человек со стальными пальцами добирается до шприца для подкожных инъекций...".
Этот один-единственный образ было все, что осталось ей от ночного кошмара. Но он был настолько живой, что, пожелай, она могла бы вспомнить все до мельчайших подробностей: строение металлических пальцев, звук механизмов, работающих в них, и свет, исходящий из их кончиков.
Она включила лампу около кровати и внимательно осмотрела знакомую комнату. Ничто не нарушало порядка, и в воздухе был только ее собственный запах, но у нее возникло сомнение: действительно ли она была здесь всю ночь одна.
Она задрожала.
Глава 2
Джоанна спустилась по узкой лестнице в свою контору на первом этаже. Резким движением она включила свет и остановилась в дверях, внимательно изучая эту комнату, как только что проделала наверху. Мягкий свет медной лампы отбрасывал пурпурные тени на книжные полки, сделанную из ротанга мебель и рисунки на рисовой бумаге. Силуэты кружевных листьев пальм в кадках отражались на стене напротив нее. Все было в порядке.
Письменный стол был завален бумагами, которые надо было разобрать, но она не любила заниматься подобной работой. Ей захотелось выпить.
Наружная дверь конторы выходила на площадку перед коктейль-баром "Прогулка в лунном свете". В этом заведении было не совсем темно: две приглушенные лампы горели над голубоватыми зеркалами над стойкой бара, и жутко зеленые лампочки светили у каждого из четырех выходов. Она могла видеть табуреты у стойки также хорошо, как и основную комнату вдали, где шестьдесят столиков и две сотни стульев располагались перед маленькой приподнятой эстрадой. Ночной клуб был молчалив и пустынен.