Внезапно Джоанна осознала, как внимательно он на нее смотрел, и она увидела в его глазах след жалости, смешанной с сочувствием. Реальность замка Нийо и действительность их ограниченной во времени связи нахлынули на нее. Она удивилась и даже задрожала, поняв, как много она сказала и как далеко сама открылась ему. Почему она отбросила свои доспехи уединенности перед этим мужчиной, а не перед кем-нибудь другим до него. Почему она пожелала открыться Алексу Хантеру до такого предела, как никогда не позволяла узнать себя Марико Инамури? Она начала понимать, что ее голод по другу и любви много сильнее, чем она думала до этого момента.

Джоанна вспыхнула и сказала:

— Достаточно этого душевного стриптиза. Вы же не психоаналитик, правда?

— Ну, каждый частный детектив должен быть немного психоаналитиком ... как любой хороший бармен.

— К тому же, и я не пациент. Не знаю, что на меня нашло с этим безумием.

— Не беспокойтесь, мне интересно слушать.

— Мило с вашей стороны.

— Так и было задумано.

— Может быть, вам и интересно слушать, но мне не интересно говорить об этом, — сказала она.

— Почему?

— Это личное ...и глупо.

— Возможно, вам нужно выговориться.

— Возможно, — допустила она, — но это не похоже на меня — бормотать о себе совершенному незнакомцу.

— Эй, я не совершенный незнакомец.

— Ну, почти.

— О, понятно, — сказал Алекс, — ладно. Вы хотите сказать, что я совершенный, но не незнакомец.

Джоанна улыбнулась. Ей хотелось дотронуться до него, но она этого не сделала.

— Как бы то ни было, — сказала она, — мы находимся здесь, чтобы показать вам замок. Здесь есть тысячи вещей, которые стоит увидеть, и каждая из них гораздо интереснее, чем моя психика.

— Вы недооцениваете себя, — произнес Алекс.