– А чтобы катиться, нужен толчок, – ответил я, вставая и отряхивая песок с ладоней и кителя. Трент, заканчивая осмотр тела, в недоумении покачал головой. – Кто мог стрелять в нее, когда она стояла посреди этого переулка?
– Скорее, бежала по переулку, – предположил я.
Трент вопросительно поднял бровь.
– Апельсин находится примерно в шести метрах от нее. Да еще немного в гору. Если бы она стояла или шла, апельсин мог бы укатиться на пару метров, причем в другую сторону, к центру переулка. Здесь есть уклон для стока воды. Выстрелом ее, конечно, бросило вперед. Но для того чтобы апельсин отлетел так далеко, думаю, нужен был дополнительный импульс. Судебные эксперты сделают расчет, но я готов поспорить на пару баксов, что она бежала во весь дух.
Трент на мгновение задумался.
– Если она бежала, значит, знала, что находится в опасности; вероятно, узнала преступника. – Он направился к патрульной машине, чтобы выставить людей в форме для охраны места происшествия, затем вдруг приостановился.
– Эй, я слышал, что вас, ребята, мэр признал офицерами года?
– Просто болтовня, – ответил Гарри.
Трент ухмыльнулся.
– Звание офицера года вам обоим действительно не очень подходит. Как насчет такого: Двое зазнаек из ПИС-ПИС?
ПИС-ПИС на сленге полицейских называли специальное подразделение – ПСИ, которому предписывалось заниматься психопатологическими и социопатическими исследованиями и название которого было длиннее, чем список его состава: Гарри и я. Работа в нем занимала тот самый один процент нашего служебного времени.
Гарри вздохнул:
– Не начинай, Рой.
Трент снова на мгновение задумался.
– Или так: Толкователи всяческих странностей? – Хохотнув, он принялся было выдумывать очередной титул, но, заметив недобрый взгляд Гарри, вспомнил, что хотел позвать патрульных.
Наша эпизодическая роль в столь знакомой жизненной драме была завершена, и мы с Гарри снова сели в свою машину, полагая, что дело Апельсиновой Леди быстро будет раскрыто: бедная женщина кого-то достала, и он или она отомстили ей. В том, чтобы стрелять в спину убегающей женщине средь бела дня, определенно было что-то иррациональное, Поступок на эмоциях, без участия разума. Трент и Бриджес проверят окружение жертвы и выяснят, кого она в последнее время раздражала сверх всякой меры. Убийцу схватят, и дело закрыто.