Церемония присуждения наград происходила в одном из центральных отелей города. К тому времени, когда туда приехали мы, на банкетных столах оставались только остывшие кофейники. Мы с Гарри проскользнули к нашему столику, извиняясь по пути за опоздание. На трибуне, возвышавшейся в передней части большого зала с низкими потолками, слишком нарядная дама из санитарного департамента, поглаживая на груди свежеприколотый почетный знак, произносила бессмертную фразу о мусорных свалках.

– …Хотела бы поблагодарить все микроорганизмы, участвующие в расщеплении органических отходов…

Рядом с ней стоял мэр Лайл Эдмундс с застывшей улыбкой на румяном лице. Женщина из санитарной службы, закончив монолог, засеменила к своему столику. Мэр снова взял микрофон, но динамики не воспроизвели ни звука. Он постучал по нему пальцем – в ответ раздался резкий скрип. Две сотни лиц дружно поморщились, и я в том числе. Мэр наклонился и попробовал опять.

– …оверка. Проверка. Ну что, эта штука снова работает? Хорошо. Я еще раз хочу поблагодарить всех за то, что вы пришли сюда и предоставили мне возможность отдать должное тем, кто с каждым годом улучшает качество жизни в нашем прекрасном портовом городе в то самое время, когда наша администрация также вносит свой заметный вклад…

Большинство сидящих в зале внимательно смотрели на трибуну, вынужденные делать вид, что сражены красноречием мэра. Во главе нашего стола – если в принципе так можно сказать про круглый стол – сидел начальник полиции Барстон Плакетт. По обе стороны от него расположилось еще четверо высших полицейских чинов, а далее по убывающей обосновались лейтенант Том Мейсон, Гарри и я.