– Мне бы очень хотелось, чтобы вы убрали его отсюда, – сказала Памела.

– Это не так легко, – возразил полицейский. – Вы выдвигаете официальное обвинение, или я его отпускаю?

– А не могли бы вы просто вышвырнуть его отсюда? – Она обвела взглядом людей, столпившихся вокруг ее стола. – Все это так стыдно.

– Послушайте, леди, этот парень вас полапал. За какую сиську он вас схватил?

Уолдо вперился главами в пол. Памела закрыла лицо руками.

– Уходите! – выдохнула она.

– Вот за эту? – спросил полицейский. Словно пробуя, крепок ли спелый помидор, он положил свою огромную волосатую лапу на левую грудь Памелы Трашвелл.

Она отбросила его руку и потребовала, чтобы он предъявил свой значок.

– Если вы и в самом деле полицейский, то я имею право потребовать от вас, чтобы вы вывели посетителей из помещения центра.

– На каком основании? – спросил полицейский.

– На том основании, что он нарушил порядок.

– Послушайте, леди, не заноситесь так. Когда вы будете давать показания на открытом судебном процессе, вам придется отвечать на такие вопросы. Вероятно, присяжные захотят взглянуть на ваши сиськи и убедиться, было ли вам нанесено тяжкое или легкое телесное повреждение. Итак, этот парень схватил вас. Вы его не поощряли?

– Безусловно, нет.

– А может быть, вы первая схватили его?

– Я слышала о том, что полицейские любят издеваться над женщинами в моем положении, – холодно произнесла Памела. – Но это просто смешно.

– Послушайте, я поймал на улице человека, который к вам приставал. Вы собираетесь предъявить ему официальное обвинение? Чего вы вообще хотите, леди?

В огромном зале компьютерного центра, отделанном хромом и освещенном ярким светом неоновых ламп, наступила тишина. Уолдо слышал, как кто-то в задних рядах спросил, что произошло.

– Он попытался схватить вон ту молодую женщину на виду у всех. Полапал ее.

– Он знал, кого выбрать.