– Два раза, – ответил Коутс. – А ты?

– Намного больше. Но вот так – никогда… Шлепнул на месте и все, – он засмеялся. – Ручная работа, не так ли? Ну и силен этот Гарднер!

– Заткни пасть, – ответил Коутс.

Он ненавидел лишнюю болтовню.

– А кто меня слышит, кроме тебя и нашего покойного друга? Весь фокус в том, как в мгновение стать богатой вдовой! Интересно, каким образом она установила контакт с Гарднером?

– Так же, как и мы – благодаря связям в «среде». Она, конечно, не потаскуха, но и далеко не девочка. Я бы не удивился, узнав, что она изменяет ему с первого дня после свадьбы. Ну а теперь, если хочешь…

– Ладно, ладно, дай мне сначала придти в себя. Время терпит. А ведь, пожалуй, ты прав… Она здорово крутанулась, а он, к тому же, старше ее вдвое. Видно познакомилась с ним в каком-нибудь баре, а потом взяла на швартовый. Уверен, что Гарднер обговорил с ней малейшие детали… Шикарная идея – отправить самой себе требование о выкупе!… Думаю, он сам ей все продиктовал и проследил, чтобы она сунулась на курсы машинисток, чтобы отпечатать там послание. А потом она бы заявила полиции, что сумма выкупа была выслана ею немедленно… Поверь мне, вполне приличные бабки! Нам хорошо уплатили, но это – крохи от пирога…

Коутс был сыт по горло.

– Смотри! – закричал он. – Что это там?

Застигнутый врасплох Фергюсон обернулся. Между тем Коутс, куда крупнее его, бросился на него и выбил из рук револьвер – оружие у них было одной марки – и прежде, чем Фергюсон понял, что происходит, – выстрелил ему в висок, так что на коже остались следы пороха.

Фергюсон закатил глаза и замер. Коутс торопливо вложил револьвер в руку убитому. Следы нужно было убрать разве что в купленной машине… а те, что оставил Фергюсон, не имели значения.

Второе изменение в программе: машину он оставит на месте, чтобы лишний раз подтвердить отсутствие третьего. Время было еще раннее, и ему не составит труда пройти километров семь-восемь до ближайшей железнодорожной станции. Что еще?