В комнату с пистолетом в руке вбежал человек. Глаза его остановились на фигуре старца, повисшего с другой стороны оконной рамы.

Подняв оружие, человек выкрикнул:

— ФНУ!

Чиун же успел выставить руку вперед прежде, чем вырезанный им кусок стекла упал на пол. Резкий взмах — и стеклянный диск, пролетев по комнате, разрезал стоявшего в дверях надвое.

Через круглое отверстие в окне Чиун проник внутрь и неслышно скользнул мимо захватчика, части тела которого еще дергались на полу. На повернутом кверху лице отразилось удивление. Каблуком своей сандалии кореец стер это выражение — вместе с лицом.

— Любители ячменного пойла! — прошипел он, скользнув взглядом по мокрому месту.

Уже в коридоре он услышал, как кто-то закричал:

— Позовите скорее доктора! Он задыхается!

— Где же, где Хаймлих Манувер? Дайте ему что-нибудь отхаркивающее!

Крики доносились оттуда, где находился кабинет Смита.

Чиун прибавил шагу. Казалось, ноги его едва касались пола, и тем не менее кореец летел вперед как газель.

Никто не слышал его приближения; никто не заметил его нависшей тени.

Они не обнаружат его присутствия до тех пор, пока руки мастера не вцепятся им в глотки — и момент их прозрения будет кратким, как вспышка молнии.

Стоило Джеку Колдстаду ступить на территорию Фолкрофтской лечебницы, как ситуация изменилась к худшему.

Перед ним застыл охранник с поднятыми вверх трясущимися руками. Пистолет валялся у его ног.

— Владения взяты под арест по приказу уполномоченного Федерального налогового управления, — пролаял Колдстад.

— Ну конечно, — срывающимся от страха голосом проговорил охранник. — Доктор Смит велел сделать так, как вы скажете, ребята.