Такер сказал: «Мы не собираемся идти так далеко, когда они прямо за нами на хорошей машине», — его тон не оставлял пространства для дебатов. «Мы заберём у них этот «мустанг».

— Каким образом? — спросил Ширилло.

— Ты увидишь через минуту, — Он пробежал вокруг носа «доджа», открыл водительскую дверь и кинул дробовик на сиденье. Он выкинул их резиновые маски на дорогу. Сняв машину с ручного тормоза, он перевёл коробку передач в нейтральное положение. — Вы двое становитесь сзади и толкайте, — сказал он.

Они заняли противоположные концы заднего бампера, а Такер подпёр плечом дверную раму и медленно двигался вперёд, держа одну руку на руле, предохраняя машину от вклинивания в глинистый сланец, который подходил близко с обеих сторон. В том месте, где дорога начала идти вниз, Такер схватил дробовик и отпрыгнул с пути. «Отпускайте её!».

Ширилло и Харрис стояли сзади и смотрели, как чёрная машина громыхала неуклюже вниз первые несколько ярдов нисходящего склона. Когда наклон стал круче, машина набрала скорость и подалась влево. Она ударилась о глинистую стену, полетели искры, заскрипела, пошла вправо, как животное, ищущее убежище, стукнулась о другой каменный склон, заскользила боком, когда склон резко пошёл вниз, её подбросило на ямке, которую они не могли уже разглядеть сверху. Её начало разворачивать, как будто этого было достаточно, и она собиралась вернуться обратно на возвышенность, затем она грациозно перевернулась с сильным грохотом, который ударил по ним как волна. Она проскользила ещё двести футов перед тем, как остановилась, её шасси смотрело на них.

— Борцам за охрану окружающей среды это понравится, — сказал Ширилло, — Мы начали сегодня свою собственную войну на автомобилях — и потеряли целых три меньше, чем за час.

— Ты хочешь, чтобы они думали, что мы попали в аварию? — спросил Харрис. Когда Такер кивнул, он сказал: «Что на счёт наших следов в грязи?»

— Мы будем надеяться, что они их не заметят. — В полумиле за ними стал слышен равномерный гул двигателя «мустанга».