– Ты и ты! – Умаров-младший властно ткнул пальцем в двух первых попавшихся. – Встать!

Мужики неуклюже поднялись.

– На выход, собаки!

С трудом передвигая затекшие ноги, пленники покинули камеру.

– Эй, Махмуд, пойдешь со мной, – по-чеченски обратился Руслан к автоматчику. – И еще, постоянно держи русских под прицелом. На всякий, знаешь ли, случай...

Очутившись в спортзале, Умаров-младший оставил одного раба в углу под присмотром охранника, пинком вытолкнул на середину второго, размял кисти, натянул жесткие «снарядные» перчатки и принялся не спеша, со смаком избивать истощенного, беспомощного человека. Несчастный даже не пробовал сопротивляться. Лишь пытался прикрыть руками голову. Намереваясь подольше растянуть удовольствие, камээс бил не в полную силу, однако измученный длительным недоеданием и ужасными условиями содержания «тренажер» все равно слишком быстро вышел из строя. В начале второй минуты он, получив локтем в диафрагму, с задушенным хрипом рухнул на выложенный мраморными плитками пол.

– Поднимайся, свинья! – чеченец злобно пнул носком кроссовки окровавленную груду лохмотьев. В ответ не донеслось ни звука. Сняв перчатку, Руслан приложил палец к сонной артерии жертвы. Пульс отсутствовал.

– Сдох, сволочь, – разочарованно констатировал «джигит». – Чересчур хлипок оказался. Барахло, в общем!

– Это не так. Товар был хороший, – льстивым голосом возразил Махмуд. – Просто у тебя удары отлично поставлены. Вот русский ублюдок и загнулся. Куда чесоточному барану тягаться с волком!

Умаров-младший самодовольно заулыбался.

– Давай следующего, – важно распорядился он. – На сей раз постараюсь соблюдать предельную осторожность. Буду бить совсем легонько! Надеюсь, хоть один раунд продержится!

– Топай, сука! – охранник пихнул стволом автомата второго обреченного. Тот послушно просеменил к надменно ухмыляющемуся Руслану, скорчил жалобную гримасу и...