Пожалуй, уже два десятка лет он не испытывал такого чувства. Он исходил весь Грэнтли вдоль и поперек, прогуливался не спеша, с достоинством. Потом решил пройтись подальше от той части города, где жил.

Он шел, высматривая окна с незадернутыми шторами. Прошагал всю Байчестер-Террас, свернул направо и по улице Пибоди вышел на дорогу, опоясывавшую Грэнтли. Ни машин, ни другого транспорта здесь не было, лишь изредка попадался какой-нибудь автомобиль с влюбленной парочкой. Еще через пятнадцать минут Джордж добрался до квартала жилых домов в Бичем-Райз.

Он притаился в тени высокой вишни напротив небольшого дома и стал ждать. Только в четверть двенадцатого он увидел наконец ту самую женщину с третьего этажа, которая на протяжении всех восьми лет, что Джордж здесь бывал, не раз разыгрывала перед ним настоящее шоу. Дома тут были невысокие, не больше четырех этажей, а место, где в тени вишни стоял Джордж, представляло собой небольшое возвышение — деталь муниципального плана по обустройству ландшафта — и являлось идеальной позицией для наблюдения. Джордж извлек из кармана театральный бинокль и приготовился к спектаклю.

Леонора Дэвидсон, отчаянно зевая, откинула назад свои густые темные волосы. До чего же она устала! Нет, пора кончать со всеми этими сверхурочными, не то можно отдать концы.

Она не торопясь расстегнула блузку, движением покатых плеч сбросила ее на пол, высвободила из бюстгальтера груди и принялась изо всех сил их тереть — зуд ее просто замучил. Бросила взгляд в зеркало: под одной грудью на нежной коже виднелась красная полоса. Леонора вздохнула: надо купить бюстгальтеры поприличнее.

Подхватив груди ладонями, женщина слегка покачала их, как бы взвешивая. Никакого сомнения: она опять прибавила в весе. Перешагнув через юбку, которую скинула, Леонора отшвырнула ее ногой.