Наконец она разделась догола и оглядела себя. Не так уж плохо для ее возраста: местами кожа, конечно, уже не была такой упругой, но ведь рано или поздно любая женщина проигрывает сражение с природой. Она невольно подтянула живот, но тотчас же расслабилась. К чертям все это! Никого она больше не интересует, так стоит ли стараться?

Леонора еще слаще зевнула и сняла со стула, стоявшего у кровати, ночную фланелевую рубашку — единственное, что теперь согревало ее ночью. Перед тем, как выключить свет и залезть в постель, женщина еще разок потянулась.

Не в силах оторвать взгляд от окна, Джордж так и стоял, будто зачарованный, в тени вишневого дерева. Вдруг свет погас. Джордж тихо выругался и сунул бинокль в карман. Вытащил носовой платок, приложил его к потному лбу.

Вот сука! Дура несчастная! Чего бы он только не дал, чтобы сейчас очутиться в этой самой квартирке! Господи Иисусе, он показал бы ей, чем кончаются такие шоу! Выставила все свои прелести на всеобщее обозрение! Шлюха поганая! От возбуждения Джордж не заметил, что за ним уже давно наблюдают.

— Ты что делаешь, гад?

Джордж повернулся, как на шарнирах.

— Я… Простите, а в чем дело? — спросил ой писклявым голосом, видимо с перепугу.

У пригорка, на котором Джордж занял наблюдательную позицию, стояли двое парней. Один — темноволосый, лохматый, в длинном кожаном пальто, другой — в огромном овчинном тулупе, из «бритоголовых». Джорджу этот тип парней был хорошо знаком.

— Ты что, оглох, старый козел, извращенец? Я спрашиваю, зачем ты подсматриваешь за миссис Дэвидсон, а? Подонок!

Парень в кожаном пальто шагнул к нему с угрожающим видом.

— Монеты есть? — спросил в свою очередь бритоголовый, обдав Джорджа кислым запахом блевотины.

Джордж растерялся.

Парень наступал, Джордж попятился.

— Убирайтесь отсюда, а то позову на помощь.