Однако ему пришлось еще собрать с пола журналы по садоводству и навалить их на стол — все вокруг было заляпано кровью.

Наконец, отодвинув засов, он выбрался на свет Божий. Плеск воды в бассейне и визг детей резали слух. Джордж побежал вверх по дорожке к черному ходу и с силой распахнул дверь.

Илэйн шинковала овощи и, когда в испуге обернулась, увидела, что муж весь в крови.

— Я… я порезался, Илэйн! — сказал он, чуть не плача.

— О Господи! Бог ты мой, Джордж! — Она схватила с крючка посудное полотенце и крепко-накрепко перевязала пораненную ногу. — Пошли! Я отвезу тебя в больницу!

Джорджа поместили в одноместную палату больницы Грэнтли, в отделение скорой помощи и несчастных случаев. Состояние было отвратительным. Молоденькая сестра пыталась стащить с него брюки.

— Мистер Маркхэм, пожалуйста! Это необходимо! — До чего же громкий у нее голос!

— Нет-нет! Не нужно! Просто отрежьте штанину.

Пока Джордж препирался с сестрой, прикроватная занавеска отдернулась и из-за нее появился Джой Дэнэллан, старший по сестринскому отделению.

— В чем дело, сестра? — подойдя к постели, спросил он нарочито бодрым голосом, характерным для фельдшеров.

— Да вот мистер Маркхэм не дает снять с него брюки.

— Стесняетесь, да? — улыбнулся Джой Дэнэллан. — Ну ничего, ничего? Я сам это сделаю.

Сестра вышла, и не успел Джордж рта раскрыть или ухватиться за ремень, как фельдшер, здоровенный парень, стянул с него джинсы.

Джордж со вздохом отвернулся.

Джой Дэнэллан осмотрел рану. Глубокая, но ни одна из главных артерий не задета. Скользнув взглядом по телу мужчины, он задержал его на трусах. Все ясно. Недаром этот старый ходок по части женского пола не дал Дженни стащить с него штаны. Ведь он, можно сказать, совсем еще тепленький. Даже трусы липкие! И что это с ним приключилось? Откуда такая глубокая рана?