— Четверть миллиона. По меньшей мере.

Ллойд кивнул.

— При условии, что вы его найдёте. Вычтите из этого то, что должны всем после фиаско с Торнарссуком. По-моему вы, вероятно, можете остаться при своих.

МакФарлэйн резко рассмеялся.

— Каждый может ошибиться. У меня будет достаточно средств, чтобы взяться за поиски следующего камня. Метеоритов много. Убеждён, моё занятие даст мне больше, чем зарплата хранителя музея.

— Я говорю не о работе в музее.

— Тогда о чём же вы говорите?

— Уверен, вы можете высказать предположение, близкое к реальности. Я не буду говорить конкретнее, пока я не убеждён, что вы со мной, — ответил Ллойд и отхлебнул ещё глоток пунша. — Сделайте это ради своего старого партнёра.

— Старого бывшего партнёра.

Ллойд вздохнул.

— Вы правы. Я знаю всё о вас и о Масангкэе. Потеря камня Торнарссук, как это произошло, — это не только ваша вина. Если кого и надо порицать, то лишь бюрократов в Нью-Йоркском Музее естественной истории.

— Почему вы не оставляете эту тему? Я не заинтересован в вашем предложении.

— Позвольте мне сказать пару слов о вознаграждении. Как только вы подпишете контракт, я оплачу ваши четвертьмиллионные долги, сняв с вашего следа толпу кредиторов. Если проект будет успешен, вы получите ещё четверть миллиона. Если нет — вы останетесь без долгов. В любом случае, вы сможете затем устроиться в мой музей директором Отдела планетарных исследований — если пожелаете. Я обеспечу вам лабораторию-конфетку. У вас будет секретарша, помощники, шестизначный оклад — всё.

МакФарлэйн снова начал смеяться.

— Потрясающе. И как долго будет длится этот проект?

— Шесть месяцев. В другой стране.

Сэм прекратил смеяться.

— Полмиллиона за шестимесячную работу?

— Если проект будет успешен.