Совершенно ясно предполагалось, «Дина» должна стать ярчайшей звездой в правоохранительной практике округа. Однако ее сияние померкло еще до того, как дело дошло до массовых судебных разбирательств, и никто ни в криминалистической лаборатории, ни в управлении шерифа, ни в команде прокурора не смог поднять голос, чтобы подавить все нарастающий хор критических выпадов. Первый суд, на котором предполагалось ее официально использовать, — дело против насильника Балларда, — должен состояться на следующей неделе. Перед судом предстанет не только обвиняемый, но и сама «Дина». А статья, под именем Рассела Монро, напечатанная в «Журнале», должна поддержать аппарат и помочь создать благоприятную атмосферу для подобной его апробации. Да и лично для меня это довольно выигрышный материал.

— Есть много такого, что позволяет увязать убийство Эллисонов с делом первой пары, да? Из нашей сегодняшней статьи этого не видно.

— Следователи могли бы сделать это, но пока... не хотят.

— Мы опубликуем материал тут же, если и как только они захотят признать это. А для «Дины» я сохраню местечко.

— Спасибо.

Она посоветовала мне поберечь себя и — повесила трубку. Я знал, про Изабеллу она спрашивать не станет, точно так же, как и я не спросил ее об отце: тема рака явно не из тех, которые можно использовать в качестве довеска к деловой беседе, даже если речь в ней идет об убийстве. Для таких разговоров существует другое время.

Затем я позвонил шефу Мартина Пэриша — шерифу Дэну Винтерсу и предложил ему маленькую сделку: основательная, солидная статья про «Дину» в обмен на выигрышную позицию в... я едва было не обмолвился — деле о Полуночном Глазе.

Я развил ему свою мысль.

Он повел себя со мной так, как я и думал, он поведет себя, — словно я дурак: сделал вид, что собирается отклонить мое предложение.