— Не в музей же.

Тут из-за экскаватора появился Терри. Его коротко стриженные черные волосы были мокрыми, и он растирал голову полотенцем. Кто-то дал ему черную футболку и спортивные брюки. Я запихнула маску и перчатки в бумажный пакет, сунула каску под мышку, подхватила портфель и ждала, пока он подойдет.

Когда он приблизился, я увидела, что лицо у него такое бледное, что даже загар не помогает.

— Как дела, Терри?

— Чертова вонь, избавиться не могу — стоит в носу. А так — лучше некуда. — Терри был англичанином, но уже давно работал в Ирландии, и ему здесь нравилось.

— Ты едва не погиб. Если бы эта штуковина сорвалась… Уверен, что не наглотался или не вдохнул пакости?

— Что вы, последнее время ничего не пью и не нюхаю — завязать решил.

Гейл прыснула.

— Все равно отвезу тебя в больницу, — заявила я.

— Да ведь мне сделали прививку от столбняка всего пару недель назад.

— Меня не столбняк беспокоит.

— Это всего-навсего трупная жидкость, — сказал он небрежно. — Я ее насмотрелся, когда вскрывали погребения при церкви Христа в Спитлфилдсе.

— Вот это да! Ты правда склепы раскапывал? Когда там шли работы в восьмидесятые? — поразилась Гейл.

— Точно. Пришлось вскрыть тысячу гробов, может, чуть больше или меньше. В основном — восемнадцатого-девятнадцатого веков. Сколько раз соприкасался с трупной жидкостью! Покойники плавали в ней. Заражения оспой тогда действительно сильно боялись, а еще повышения уровня свинца в крови. Но хуже психологических проблем не было.

— Не важно, — сказала я, — береженого Бог бережет. Я хочу, чтобы ты прошел полный медицинский осмотр.

— Вы думаете, здесь было чумное захоронение?

— Может, да, может, нет. Раз не уверены, надо предполагать худшее. Пусть медики решают, велик ли риск заболеть. — Я показала на ворота. — Поехали.

— А со вторым что делать? — вспомнила Гейл, когда мы пересекали поле.