Гейл протянула мне стерильную банку для образцов — прозрачный пластиковый сосуд с особой завинчивающейся крышкой: сверху ручка, снизу — лопатка. С каской на голове и в маске было так жарко, что пот скатывался по лбу крупными каплями; нужно было следить, чтобы он не попал в собранный для проб материал. Отвинтив крышку и задержав дыхание, я нагнулась, подлезла под свинцовое днище с той стороны, где оно было оторвано, и лопаткой сделала соскобы со стенок, подставляя банку, чтобы ничего не упало.

Согнувшись в три погибели под свинцовым листом, я завинчивала крышку, когда в одном из нижних углов гроба заметила что-то вроде мокрого спутанного клубка ниток. Выбравшись наружу, я отвернулась и вдохнула свежего воздуха.

— Там еще что-то осталось, — промычала я сквозь маску, передавая Гейл первую банку. — Будь добра, открой вторую.

Я снова просунулась в гроб, но лишь когда подцепила находку кончиком лопатки, увидела, что это комок слежавшихся волос — такие скапливаются в труднодоступных местах, где неделями не убирают.

Когда я стряхнула мокрый комок в банку, что-то со стуком ударилось о пластик. Присмотревшись, я заметила торчавшую из волос почерневшую свинцовую чешуйку. Вернее, это первое, что пришло мне в голову.

Преодолевая тошноту, я торопливо завинтила крышку и отдала банку Гейл, потом сдернула маску и сделала глубокий вдох.

— Вы в порядке, Иллон? Что в банке?

— Волосы и еще что-то. Похоже на человеческий ноготь.

— Брр… гадость какая. — Держа банку в вытянутой руке, Гейл зажмурила глаза, боясь поддаться любопытству.

Я понятия не имела, что делать со своими трофеями. Кости я отправила бы остеоархеологу, до прошлой недели работавшему с нами на раскопе. А такое куда девать?

— Пойду узнаю, как там Терри, — сказала я. — В любом случае поеду с ним в больницу Святого Лоумана — все равно банки с образцами везти.

— Вы что, хотите передать их туда? — Гейл была озадачена.