
Ной, покачиваясь, поднялся на ноги и бросился прямиком на Тейлора. Мальчишки повалились на землю; Ной оказался сверху. Они катались по асфальту, размахивая руками, но никому не удавалось нанести решающий удар. В конце концов Ной сковал противника, прижав его к асфальту, но чувство было такое, будто он сдерживает шипящую кошку.
— Ной Эллиот!
Он замер, но руки его по-прежнему сжимали запястья Тейлора. Ной медленно повернул голову и увидел директора школы мисс Корнуоллис, стоявшую прямо над ними. Зрители расступились и наблюдали за происходящим с безопасного расстояния.
— Встаньте! — приказала мисс Корнуоллис. — Оба!
Ной тотчас отпустил противника и поднялся. Тейлор, чье лицо от ярости приобрело багровый оттенок, завопил:
— Он меня толкнул! Он меня толкнул, и я был вынужден защищаться!
— Это неправда! Он первый начал!
— Он бросил в меня скейтборд!
— Ничего я не бросал. Это вышло случайно!
— Случайно? Ты врешь!
— Замолчите! Оба! — крикнула мисс Корнуоллис.
На школьном дворе воцарилась зловещая тишина — все испуганно смотрели на директора. Они никогда еще не слышали, чтобы мисс Корнуоллис кричала. Она была чопорной, но красивой женщиной, носила костюмы и туфли на низком каблуке, а светлые волосы убирала в аккуратный пучок-ракушку. То, что она может так кричать, было для всех открытием.
Переведя дух, мисс Корнуоллис быстро взяла себя в руки.
— Отдай мне свой скейтборд, Ной.
— Но это вышло нечаянно. Я не бил его.
— Ты валял его по земле. Я сама видела.
— Но я его не бил!
Директор вытянула руку.
— Отдай мне доску.
— Но…
— Сейчас же.
Ной подошел к лежавшей чуть поодаль доске. Это был видавший виды скейт с обломанным краем, который Ной замотал изолентой. Доску ему подарили на тринадцатый день рождения. С тыльной стороны он украсил ее наклейкой с зеленым драконом, из пасти которого вырывается красное пламя, а колеса объезжал на улицах Балтимора, где жил раньше. Он любил свой скейт, потому что с ним были связаны самые дорогие воспоминания в его жизни. Доска напоминала ему обо всем, что осталось в прошлом. Он немного подержал ее в руках, а потом молча протянул мисс Корнуоллис.
