— Ах, Пол, ты снова вздумал мучить меня?

Пол не на шутку испугался:

— Но миссис Скован…

— Как вас зовут, милая? — спросила меня моя мать.

— Луиза Скован, — тупо ответила я.

— Нет, милая, — она говорила очень мягко. — Ваше настоящее имя?

Теперь мне снова хотелось плакать, но вряд ли это могло помочь.

— Луиза Скован, — повторила я. — Мое имя Луиза Скован.

— Люди, ну почему вы не оставите нас в покое, — закричала побледневшая Кэрол, ее трясло как в лихорадке. — Мы столько лет ищем сестру, а вы все время пытаетесь вытянуть из нас деньги, неужели для вас нет ничего святого? Вы ищете, где бы поживиться, а для нас это снова боль и рушатся надежды!.. Оставьте нас наконец в покое!

— Кэрол, — вмешался отец. — Ты испугаешь девушку. Голубушка, — обратился он ко мне, — вы, видимо, не осознаете всей жестокости вашего поступка. Мне кажется, вы хорошая девочка, ну представьте свою родную мать…

Я попыталась представить свою мать — она стояла прямо передо мной.

— …если бы кто-нибудь вот так же поступил с нею. И вы, вероятно, не знаете, что этот молодой человек уже дважды, — я перевела взгляд с матери на Пола, — приводил сюда юных особ, выдававших себя за нашу дочь. Причем каждый раз он утверждал, что его ввели в заблуждение, а о деньгах он и не думал. А мы каждый раз надеялись тщетно. Первый раз нас водили за нос несколько дней. Девушка не только походила на нашу Луизу, у нее были в точности те же жесты, она знала все семейные шутки и мельчайшие подробности, которые никто, кроме Луизы, просто не мог знать, и все же она оказалась интриганкой. А мать — моя жена — переживает, когда вновь вспыхивает надежда. — Он обнял мать — свою жену — за плечи, и все они, включая Кэрол, стояли и смотрели на меня.