Я не прогадала: носила этот плащ до самой зимы — хоть бы пуговица отлетела! Однако по весне я его потеряла — забыла где-то, вернулась — а его уже нет. Плащ был песочного цвета; я надела его в дамском туалете универмага и тут же легко произнесла: «Мой старый плащ». Словом, вещица что надо. Прежде у меня такого плаща быть не могло, матери дурно бы стало. Потом я поступила весьма расчетливо. Из дома я вышла в легкой светлой курточке, похожей на пиджак; надевая плащ, я ее, естественно, сняла. Переложила мелочи из карманов куртки в карманы плаща и с безразличным видом отнесла ее на прилавок, где по единой цене три доллара девяносто восемь центов продавались всевозможные пиджаки и куртки, — предположим, я отходила в сторону, чтобы рассмотреть вещь повнимательнее, и решила не брать. Сдается мне, трюк прошел незамеченным; не успела отойти, как кто-то уже взял в руки мою куртку. Что выгодное приобретение за три доллара и девяносто восемь центов.
Хорошо, что от светлой куртки удалось отделаться. Купила ее мать, вещь дорогая и нравилась мне, но ее могли легко опознать. Засунь я куртку в портфель, брось в речку или на помойку, рано или поздно ее найдут, даже если в тот миг меня никто не заметит. Все равно найдут и узнают, что одежду я сменила в Крейне.
В деле о моем исчезновении светлая куртка так и не всплыла. Последним меня видел некто на вокзале в Крейне. Два или три дня спустя газеты все еще уверяли, что я в Крейне; люди будто бы видели меня на улице, одну девушку, покупавшую платье, даже приняли за меня и отвели в полицию. Да, они вправду искали, но искали они Луизу Скован, а Луиза Скован исчезла, как только сняла светлую куртку — подарок матери.
Я была уверена в одном: в стране живут тысячи девятнадцатилетних блондинок, рост 162,5 см, вес 57 кг. А если так, среди них наверняка найдется множество в бесформенных плащах песочного цвета; выйдя из крейнского универмага, я принялась считать песочные плащи, насчитала четыре за квартал и решила, что замаскировалась неплохо. Потом я выполнила данное матери обещание: зашла в кафе, съела бутерброд и отправилась в кино. Торопиться некуда — чем искать место для ночлега, не лучше ли спать в поезде?