– Львов пусть тебе посодействует, – сказал Бородин. – По-приятельски...
– А винный магазин! – вырвалось у Львова. – Я же...
– У всех работы по горло, – отрезал Бородин. – Винный магазин само собой остается на тебе, не расстраивайся. И еще будешь направлять Иванова, осуществлять контроль, так сказать...
Львов посмотрел через стол на Кирилла, и в этом взгляде было много такого, что выразить словами было бы сложновато. И тут в мертвой тишине явственно прозвучал шепот увлекшегося Хорькова:
– И вот этой бы я впендюрил...
– А третьим будет Хорьков, – немедленно заявил Бородин, после чего случились две минуты всенародного ликования, в котором не участвовали лишь Кирилл, Львов и Хорьков. Львов показывал Кириллу кулак, тот делал недоуменное лицо, а Хорьков растерянно таращился на остальных и не понимал, с чем его поздравляют.
Глава 7
Теперь Молчуну нужно было забросить Мышку на Котельническую набережную. Он ехал по Ленинскому проспекту в обратном направлении и думал, что с Котельнической набережной придется мчать в контору, брать там новых девок, раскидывать их по Москве, затем забирать Мышку и снова ехать на Ленинский, за Кристиной и Милой – если уж пообещали, что затрахают тех двоих за пару часов, значит, так оно и будет. Короче говоря, дел хватит на всю ночь. Крепче за баранку держись, шофер, и не надейся, что выдастся тебе свободная минутка, чтобы спокойно почитать колонку объявлений, где предлагают работу, как эта, хуже, чем эта, и гораздо хуже, чем эта. Хороших предложений Молчуну пока не попадалось.
– Молчун, – сказала внезапно Мышка, и Молчун вздрогнул от неожиданности. – Можно, я к тебе перелезу? На переднее сиденье.
– Это зачем? – насторожился Молчун, не отрывая глаз от дороги.