– Я тебе хочу кое в чем признаться. Когда тебя выбрали президентом, я страшно тебе завидовал. Ведь это была моя мечта, а для тебя она стала реальностью. Но кто знает? Я пришел к мысли, что если я не могу занять это кресло, то никто кроме тебя не должен его занимать. Ты создан для этого. Пол Эллисон улыбнулся и сказал:

– По правде говоря, Стэн, мне страшно здесь. Здесь витает дух Вашингтона, Линкольна и Джефферсона.

– У нас также были президенты, которые…

– Я знаю. Но надо равняться на великих людей.

Он нажал на кнопку, и через несколько секунд в кабинет вошел официант в белом кителе.

– Слушаю вас, господин президент.

Пол Эллисон повернулся к Роджерсу.

– Кофе?

– Почему бы и нет?

– Что-нибудь еще?

– Нет, спасибо. Барбара сказала, чтобы я следил за своим весом.

Президент кивнул официанту, и тот молча вышел из комнаты. Барбара. Она удивила всех. В Вашингтоне ходили слухи, что их брак не продлится и года. Но с тех пор прошло почти пятнадцать лет, и у них была крепкая семья. Стэнтон Роджерс основал юридическую фирму в Вашингтоне, которая пользовалась большим авторитетом, а Барбара слыла замечательной хозяйкой.

Пол Эллисон встал и принялся ходить по кабинету.

– Мое выступление о программе «народной дипломатии» вызвало шквал неодобрения. Я думаю, ты читал об этом в газетах.

Стэнтон Роджерс пожал плечами.

– Ты ведь их знаешь. Им нравится создавать героев, а затем низвергать их.

– Честно говоря, мне наплевать на то, что пишут в газетах. Меня интересует, что говорит народ.

– Уж если быть откровенным, то ты многих напугал, Пол. Вооруженные силы против твоего плана, и многим бы хотелось, чтобы он провалился.

– Он не провалится. – Эллисон откинулся в кресле. – Знаешь, какая сейчас главная проблема в мире? Больше не существует государственных деятелей. Страны управляются политиками. Одни несут добро, другие – зло, но все они гиганты. Рузвельт и Черчилль, Гитлер и Муссолини, Шарль де Голль и Иосиф Сталин. Почему все они жили в то время? Почему сегодня нет настоящих государственных деятелей?