— Ну, все это… с Пенсом.

Джулия продолжала смотреть в стену.

— Он мертв?

У нее появилось такое чувство, что она сидит в очереди с номерком в руке и ждет, когда ее вызовут. Наступает момент, очередь твоего номера, ты встаешь, подходишь и получаешь свою справку, а в ее случае — правду. Потому что Джулия думала о белых отполированных костях, разбросанных на берегу там, в Стэнвике,

— Джулия, он, должно быть…

— Так его нашли? — перебила она.

— Нет, но…

Джулия закрыла глаза.

— Тогда зачем ты звонишь?

— Нет, его не нашли, но у меня…

— Нечего тогда мне звонить, — выкрикнула Джулия и положила трубку.

Она продолжала стоять у телефона с закрытыми глазами.

Билетик с номером и место в очереди. Да, нынешний день явно не задался. Джулии даже не хотелось, чтобы в такой день, как этот, Йенс наконец нашелся. Она присела у кухонного стола и посмотрела в темноту по другую сторону стекла. Мыслей не было. Она перевела взгляд на телефон, поднялась, подошла к нему и подождала какое-то время. Но телефон молчал.

«Я делаю это для тебя, Йенс».

Джулия сняла трубку и посмотрела на стикер с номером, который много лет был приклеен к белому кафелю кухни над хлебницей, и стала нажимать кнопки. Отец ответил сразу же после первого гудка.

— Йерлоф Давидссон.

— Это я, — выдавила она.

— Ну да, конечно, Джулия.

Наступила пауза. Джулия решила начать первой.

— Мне не надо было вешать трубку.

— Да-да…

— Это не выход.

— Нет, ничего, — сказал отец, — совершенно нормальный поступок.

— Как погода на Эланде?

— Пасмурно и холодно, — ответил Йерлоф, — я сегодня даже на улицу не выходил.

Опять наступила пауза. Джулия набрала побольше воздуха, чтобы решиться, и спросила:

— Почему ты позвонил? Должно быть, что-то случилось?