– Ну уж первый, – буркнул Валландер. – И раньше брал.

Они расстались у кабинета Мартинссона. Валландер вернулся к себе и набрал номер, полученный от Мартинссона. Когда на том конце взяли трубку, он узнал голос Евы Хильстрём. Они договорились, что после обеда она зайдет в полицию.

– Что-то случилось?

– Нет, – ответил Валландер. – Просто я тоже хочу с вами поговорить.

Он повесил трубку и собрался было сходить за кофе, как в дверях появилась Анн-Бритт Хёглунд. Она была, как всегда, очень бледна, хотя только что вернулась из отпуска.

Он подумал, что это наверняка связано с тем, что она еще не пришла в себя после тяжелого огнестрельного ранения два года назад. Физических последствий рана не оставила, но Валландер не был уверен, что психическая травма зажила так же хорошо. Иногда ему казалось, что Анн-Бритт мучит хронический страх.

Это его не удивляло. Пожалуй, не проходило дня, чтобы он сам не вспомнил, как его ударили ножом двадцать лет назад. Больше чем двадцать.

– Я не помешала?

Валландер показал на стул.

– Ты не видела Сведберга? – спросил он, когда она села.

Она молча покачала головой.

– Мы договорились встретиться – он, я и Мартинссон. Но он так и не появился.

– Он ведь даже не опаздывает никогда!

– Вот именно. А на этот раз не просто опоздал – вообще не пришел.

– А вы домой звонили? Может быть, он заболел?

– Автоответчик. К тому же Сведберг никогда не болеет.

Оба молча размышляли, куда мог провалиться Сведберг.

– А что ты хотела? – спросил наконец Валландер.

– Ты помнишь банду, сплавлявшую машины в Восточную Европу?

– Еще бы! Два года я только этим делом и занимался. Под конец мы их все-таки допекли. И главарей взяли. По крайней мере шведских.

– Опять началось.

– Главарь же сидит!