— Слушаю вас, товарищ пассажир, — козырнув, обернулся дежурный к Варе и наклонился над ней, такого был высокого роста.

— Дело в том, — сказала Варя, судорожно поднимая и опуская корзину. — Дело в том, что, видите ли, в чём дело…

— Понимаю, — сказал дежурный. — За провоз недозволенного груза с вас причитается штраф.

— Это же не груз! Это же Муха!

— Всё равно. Раз у вас мухи лают…

— И потом, у неё дети.

— У кого?

— У Мухи же!

— И много?

— Четыре. Хотите посмотреть? — Варя умоляюще взглянула на него снизу вверх.

— Хочу, — сказал он и наклонился ещё ниже. — Только скорее, а то следующий поезд подойдёт.

Вокруг них уже начали собираться любопытные.

Варя откинула полотенце. Из корзины блеснули сердитые глаза.

— Вот, видите? Один — белый. Может быть, штраф можно не платить? А то у меня денег мало.

— Вижу. Хорошие. Так и быть, не платите. Только в другой раз мух больше не возите! — Он подмигнул Варе и сразу стал похож на мальчишку.

— Хорошо, — сказала Варя. — В другой раз больше не буду. До свиданья!

Она потуже завязала полотенце и быстро пошла к выходу.

Новые знакомые

Тёплый ветер пригибает над полем мохнатые георгины. Дингли-дон-дон-дон! — звенят колокольчики. Бум-бум-бум! — ударил большой колокол…

Наташа раскрыла глаза и подняла голову.

За окном уже рассвело. Марья Николаевна так и уснула, сидя на табуретке, положив голову на стол. Громко тикали часы на её свесившейся руке, а лицо было такое усталое… Ох, уж эта Варька, не случилось ли с ней чего?

Наташа вскочила с матраца, перебежала босиком по полу, шепнула: «Мамочка, ты бы легла!..» — как вдруг опять: дингли-дон-дон-дон! Тоненько зазвенел колокольчик. Кто-то осторожно и настойчиво стукал зелёной веточкой в стекло.