— И самое интересное: как бы я могла кормить Муху, если ты…

— Дело в том, что первое: ключ от квартиры я увезла только тогда, а потом положила обратно. Второе: Муху кормить вообще уже было не нужно, потому что…

— Тогда зачем же ты писала, что нужно?

— Дело в том, — прошептала Варя, — что Мухи там уже вообще больше не было. Она здесь, под террасой.

— Под террасой?

— Да. Дело в том, что она ощенилась.

— Безнадежна и неисправима. — Ольга Васильевна села в плетёное кресло, вздохнула с облегчением и вытянула ноги. — А теперь скажи, кто это там? — И она показала в сад, где у забора стояли Вера Аркадьевна с Наташей. Обе изо всех сил сдували пыль с огромного, переплетённого в кожу альбома.

— Это одна наша новая знакомая, — бойко отрапортовала Варя, — которая приехала от дяди, который велел ей поискать старые геологические материалы, которые нужны для экспедиции, которая…

— Постой, постой… Приехала от Бориса? Как её зовут?

— Вера Аркадьевна Грай. У неё есть реконструированный аппарат системы Контакс, лупа и…

— Так. Пойди и сейчас же позови её сюда.

Бабушка Ольга Васильевна вытащила из кармана плоский блестящий портсигар, чиркнула спичкой и взволнованно закурила.

— Здороваются! — сказала Варя. — Теперь бабушка опять спрашивает, а Вера Аркадьевна как всё равно экзамен отвечает. Вот провалиться!

Она висела на двери, одной ногой упираясь в подоконник, и заглядывала в щель под косяком.

— Варвара! — позвала работавшая в саду Марья Николаевна. — Что это ты там делаешь?

Варя с грохотом спрыгнула с двери.

— Ой, мамочка, там же в комнате бабушка здоровается с Верой Аркадьевной! — замахала руками стоящая на террасе у двери Наташа.

— Бабушка? Она здесь? Что же вы мне сразу не сказали? Ну хорошо, хорошо, не будем им мешать.

Но Марья Николаевна поставила ведро с землёй на ступеньку террасы и на цыпочках пошла всё-таки к двери.