— Если информация будет интересной, — предупредил я.
— Будет! — заверил он. И тут же заявил: — Только к вам светиться я не пойду, хватит мне своих неприятностей. Где встретимся?
— А где вы сейчас находитесь?
— Кафе «Эдем» на Малой Бронной. Знаете? Вонючая забегаловка, а за стакан дерут, как в «Метрополе».
— Ладно, — сказал я. — Ждите нас там. В течение часа подъедем — или я, или Дашкевич. Как вас узнать?
— Узнаете... — проворчал голос. — Я тут буду самый трезвый. И в красной шапочке на голове.
Я положил трубку и пересказал все Дашкевичу. Надо было ехать искать этого Шиманского, и встречаться с «красной шапочкой» тоже было надо.
— Ты что предпочитаешь? — спросил я Артема.
— Красную шапочку, — не задумываясь ответил он. — А ты?
— Я тоже. — Поиски беглого ресторанщика не сулили быть чересчур увлекательными.
— Кинем монетку? — предложил Артем, уже выуживая из кармана мелочь.
— Орел, — сказал я. Я всегда говорю «орел».
Новенький пятирублевик золотой рыбкой блеснул в воздухе и опустился на ладонь Дашкевича кверху решкой.
— Везунчик, — пробормотал я, а Артем счастливо рассмеялся: по-моему, еще не было случая, чтобы он мне проиграл.
У входа в редакцию наши машины грелись на солнышке рядом друг с другом. Мой старый, облезлый, с проржавевшими боками «жигуленок» первой модели, который отечественное народонаселение зовет хоть и ласково, но слегка пренебрежительно «копеечкой», и его сверкающая белым лаком пятидверная «тайга».
— Завезу Лильке продукты — и на Малую Бронную, — сказал мне Артем, садясь за руль. — Если быстро освободишься, приезжай туда.
Выбираясь на дорогу, ведущую в сторону Измайлова, я думал о том, что и сам я в некотором роде тоже везунчик. Природа, наградив меня многими недостатками, обделила одним: завистливостью. То, что мой друг Артем Дашкевич — обладатель роскошного автомобиля, прекрасной квартиры, красавицы жены и сына-вундеркинда, а у меня этого ничего нет в помине, не вызывает во мне никаких чувств, кроме легкой грусти. Зато, как говорят на Востоке, даже сорок воров не оберут одного голодранца.