Она поняла: это Рик Фергюсон.

– Советую вам взять такси, – сказала Джесс, выводя Конни из дверей на проспект Калифорния. Одна из машин как раз высаживала пассажира. Сунув ей в руку десять долларов, она сказала: – Я займусь Риком Фергюсоном.

Конни ничего не ответила. Как будто она истощила всю свою энергию в кабинете Джесс и у нее больше не осталось сил для продолжения разговора. Крепко зажав в руке десятидолларовую бумажку, она позволила Джесс посадить себя в такси и даже не оглянулась, когда машина отъехала. Джесс постояла некоторое время на тротуаре, пытаясь успокоить сильное сердцебиение, затем вернулась в здание через вращающуюся дверь.

Он не сдвинулся с места.

Она направилась к нему вдоль длинного коридора, постукивая каблуками туфель по твердому гранитному полу, наблюдая, как с каждым шагом все отчетливее становились черты лица Рика Фергюсона. Исходившая от него общая расплывчатая угроза – белый мужчина, за двадцать, пять футов десять дюймов роста, 170 фунтов веса, блондин, карие глаза – становилась более конкретной, индивидуальной: слегка сутулые плечи, неухоженные волосы, собранные в виде конского хвоста, глаза, как у кобры, с припухшими веками, нос, который был несколько раз сломан и неправильно сросся, и не сходившая с лица наглая ухмылка.

– Предупреждаю, держитесь подальше от моей клиентки, – заявила Джесс, подойдя к нему и не давая возможности прервать себя. – Если вы еще раз окажетесь от нее на расстоянии пятидесяти ярдов, даже случайно, если попытаетесь заговорить с ней или вступить в контакт другим образом, если оставите еще какие-то мелкие и мерзкие пакости у ее дверей, то ваше освобождение на поруки будет аннулировано и ваша задница окажется за решеткой. Понятно ли это вам?

– Знаете ли, – произнес он, старательно подбирая слова, как будто разговор шел совершенно о другом, – не очень умно обсуждать мои отрицательные качества.