Наш класс ребята считают везучим. А я вот — совсем невезучий.

По правде сказать, неудачник я с детства. Когда был совсем маленьким, у меня почему-то прорезались веснушки.

Разные дяди и тёти удивлялись:

— Смотрите! Он меченый!

— Такой беленький, а с веснушками!

Бабушка твердила, что веснушки принесут мне счастье. Она всё уверяла:

— Быть тебе космонавтом!

Папа верил, что я буду космонавтом, и учил меня внятно произносить имя и фамилию вместе: Илья Ильюшин. Говорил, что это красиво звучит.

Вместе внятно сразу не получалось. Папа сердился. Мама же вовсе не хотела, чтобы я был космонавтом. И утешала:

— Не огорчайся, Ильюша! Ты не виноват, что у папы такая трудная фамилия.

Бабушка вступилась за папу:

— Люшенька, когда станешь космонавтом, будешь гордиться нашей фамилией. Она почётная!

Но ждать, пока я стану космонавтом, не хватало терпения. А просто так гордиться фамилией было неинтересно.

Все мои неприятности начались с того, что родители переехали в новую квартиру. И я оказался в новой школе. Ребятам захотелось узнать обо мне побольше. Я намекнул, что у конструктора самолёта ИЛ такая же фамилия, как и у меня. Пусть думают, что он мой родственник. Зря похвастался. Они так не подумали. И, чтоб я не загибал, фамилию мою переиначили — сначала на Ильюхина, а потом на Веснухина.

Так я стал Веснухиным!

В дневнике и в классном журнале я по-прежнему значился Ильюшиным. А для ребят — Веснухин! И всё!

Вадька Морковин попытался меня утешить:

— Чего ты обижаешься? Меня Морковкой прозвали — и ничего. Не обижаюсь.

— Это потому, что Морковин и морковка — похожие слова, — ответил я. — А чем фамилия Ильюшин похожа на Веснухина? Ничем!