Он вернулся помочь Полу держать трос, потому что Алекс уже сполз с противоположного конца моста и подтягивался к его провисшей середине. Ветер и дождь уже стихли, Алекс без труда закончил переход, вскарабкался к ним на тропку, стряхнул капли дождя с волос и встал.

– Черт побери, ты еще жив? Просто не верится.

– Да я... – улыбнулся Коэн.

– Понятно. – Алекс сгреб его за плечи, как ребенка. – Не надо оправдываться, ничего не надо. – Легонько оттолкнув его к скале, Алекс шагнул вперед. – Пошли.

Коэн почувствовал, что краснеет.

– А они?

– Да наплевать на них, – прорвало Алекса. – Никогда так больше не делай, не попадайся на его удочку. Вот дерьмо!

Коэн попытался было оправдаться:

– Послушай, это моя жизнь, я знаю, что...

– Черта с два твоя! Мы тоже здесь завязаны, мы тоже взялись за то, чтобы довести этого подонка до Мустанга и обратно, он нам платит так же, как и тебе, и нам бы пришлось с недельку искать тебя, утопленника, в этой поганой, холодной речке – так что не надо говорить, что это только твоя жизнь! – Он мрачно взглянул на тот берег. – Мы подождем их в Баглине. И если Стил захочет, чтобы мы вели его дальше, пусть не погоняет!

Коэн улыбнулся, глядя на слипшиеся от грязи волосы на ногах Алекса.

– Может, подождем их здесь? А сегодня вечером отправим их прямо в Баглин?

Пол бросил ковырять болячки на руках.

– Это дешевый номер. Кому это надо? Коэн устало смотрел на мутный поток.

– Да, это не совсем то, что мы ожидали. Стил и Элиот оказались даже дерьмовее, чем мы думали. Почему задниц оказывается больше, чем людей на земле? Ведь должно же быть по одной на каждого.

– Они чего-то боятся, – усмехнулся Алекс. – Их что-то подстегивает.