— И тем не менее, простите меня, — сказал он и представился:

— Уолтер Торнтон.

Она совсем по-девчоночьи вытаращила глаза.

— Вы — тот самый? Он не дал ей закончить.

— Да, да, тот самый Уолтер Торнтон, — сказал он торопливо.

— Но, — выдохнула она, — вы каждое утро ездите этим автобусом... Он рассмеялся.

— А вам известен иной путь к станции?

— Но у вас две пьесы на Бродвее одновременно... и еще фильм...

— И еще я не вожу машину, — он взглянул на нее. — Откуда вы знаете все это обо мне?

Он спросил это из чистого любопытства.

— Господи, здесь все это знают!

— Странно. Обычно в школах девочки знают об актерах, а не о писателях.

— Я хочу стать писателем, — сказала она гордо.

— А почему не актрисой? — удивился он. — Вы достаточно красивы, чтобы стать актрисой.

Она вспыхнула до корней волос.

— Почему вы так говорите? Разве я не могу хотеть стать писателем?

— Конечно можете, — признался он. — Просто это несколько необычно.

Большинство девушек мечтают поехать в Голливуд, стать кинозвездами.

— Может быть, я тоже поеду туда, — сказала она задумчиво.

Тем временем автобус замедлил ход, — они приближались к железнодорожной станции. Мужчина встал и улыбнулся девушке.

— Увидимся завтра и еще поговорим.

— О'кей, — согласилась она.

Джери-Ли следила за его высокой фигурой в развевающемся на ветру плаще до тех пор, пока он не скрылся в зале ожидания нью-йоркского экспресса, прибывающего в 8.07.

Берни Мэрфи, парень, с которым она в тот год дружила, ждал ее перед школой.

— Ты знаешь, с кем я познакомилась сегодня в автобусе? — спросила она его возбужденно, не успев даже поздороваться. — С Уолтером Торнтоном!

Представляешь? Я сидела рядом с ним целых три месяца и даже не знала, кто рядом со мной!

— А кто он, этот Уолтер Торнтон? — спросил Берни.