— Эй, либералы-феминисты…

— Библейское время пришло!

По аудитории прокатилась волна радостного шума. Жезлы в руках танцовщиц завертелись сверкающими нунчаками. Солистка заверещала:

— Слушайте, люди! Найдите руки друг друга! С пастором Питером мы обретаем Библию!

Прихожане зааплодировали, танцовщицы расступились, и на сцену вышел Питер Вайоминг. Он излучал энергию. Лицо, и без того красное, налилось кровью. Зло, словно металлическая, щетинилась короткая стрижка.

Вайоминг поднес микрофон к губам:

— Мы обретаем Библию! Да! Обретаем здесь, в Санта-Барбаре, в Соединенных Штатах Америки. Обретаем Библию и говорим этим жертвам СПИДа, где именно встретят они Господа!

Послышался одобрительный топот ног и радостное мяуканье. Вайоминг слегка улыбнулся:

— Разве это не забавно? — Аудитория разразилась хохотом и выкриками. Пляска победы. — Нет ничего плохого, если церковь идет на улицы, к свежему воздуху и свету солнца. Для небольшой встряски — для охоты на блудниц!

Слушая, как прихожане аплодируют, весело хлопая себя по бедрам, пастор выждал небольшую паузу. Наконец он поднял руку:

— А теперь вернемся к работе. Ведь СПИД — лишь верхушка айсберга, целиком укрытого в нечистотах. — Прикрыв глаза, он покачал головой. — А приливная волна безнравственности — это знак. Знак того, что мы приближаемся к концу света!

Сентиментальная чушь. Ерунда. Высосано из пальца. Зная, что речь Вайоминга будет меня злить, я старалась не слушать и продолжала высматривать Табиту. Все же до сознания доходил скрытый между строк смысл. Тяжелый, нервный пульс. Дьявольское стаккато. Список из сатанинских проектов — от эволюционной теории до празднования Хэллоуина. План будущих событий: катастрофы, анархия и проклятие всему, что не соотносится с брэндом «Оставшихся». И витающий над всем низкий, ритмически повторяющийся навязчивый бас: близится конец света, конец всему. Такой была проповедь, известная со времен правившего Римом Калигулы.