Она заговорила, и до моего слуха дошла неистовая нота:

— Иисус вырвал меня из сатанинских объятий.

Вайоминг продолжал спрашивать:

— И как он это сделал?

— Он спас меня от нечестивого брака.

Из толпы раздался хорошо различимый вздох:

— О нет…

Вайоминг воздел обе руки к небу:

— Не судите. Молодым людям нетрудно сбиться с пути и под влиянием ложных друзей вступить в связь с теми, кому не суждено спасение. Не так ли, Табита?

— Так легко, что это ужасно. Жизнь тех, кто не спасется, выглядит слишком привлекательно, они заманивают вас к себе. А она казалась такой искренней. — Это уже обо мне. — Вдохновляла тем, что сама называла креативностью. На самом деле имея в виду мирское искусство и вымысел. Безбожное словоблудие. Но я попала в сети и в конце концов зашла туда, где мрак, полный мрак и где была какая-то сила. Сила сделала так, чтобы я жила с ним.

— С твоим мужем?

Табита кивнула.

— Расскажи им, насколько опасный человек твой муж.

— Он… — взгляд Табиты ушел куда-то вниз, — он офицер военно-морского флота. И устроил так, что нас венчал католический священник.

Тишина. Хватка Пэкстона не ослабевала, затылком я чувствовала его дыхание.

Табита подняла голову. На ее лице унижение смешалось с вызовом.

— Признаю, я была своенравной. Но Бог пришел ко мне сам. Показав, что я зависла над преисподней, и, прежде чем упасть вниз… — Она сжала кулак. — Бог отвел прежде, чем я успела это сделать. И привел к вам.

Еще подсказка Вайоминга:

— И что сказал Иисус? Там, над преисподней?

— Правду о моем муже. О том, что вера его была ложной и что он воевал за правительство марионеток сатаны.