– Нам принесут поесть? – спросил один из них.

– Я попрошу сестру заказать две лишние порции. Сколько вас будет дежурить – один или двое?

– Один. Мы работаем посменно по восемь часов.

– Я поставлю в известность сестер, – пообещал Моррис. – Лучше, если вы совместите свою пересменку с их графиком. Они должны знать, кто из посторонних находится на этаже.

Полицейские закивали. Наступила неловкая пауза. Наконец один из них произнес:

– А что с ним?

– У него одна из форм эпилепсии.

– Я видел парня, которого он избил, – продолжал полицейский. – Здоровенный парень, похож на водителя трейлера. Никогда бы не подумал, что такой коротышка… – он мотнул головой в сторону палаты Бенсона, -., мог такое учудить.

– Во время эпилептических припадков он становится агрессивным.

Полицейские задумчиво покачали головами.

– А что это за операция?

– Разновидность операции на мозге, которую мы называем операцией третьей стадии, – сказал Моррис. Он не удосужился объяснить подробнее. Полицейские все равно ничего не поймут. И, подумал он, даже если поймут, все равно не поверят.

2

Нейрохирургические общие конференции, на которых всеми хирургами больницы обсуждались наиболее интересные казусы, обыкновенно проводились по четвергам в девять утра. Специальные же конференции почти не созывались: слишком трудно было собрать весь персонал клиники. Но сегодня амфитеатр оказался забит до отказа: все ряды были заполнены фигурами в белых халатах. Присутствующие во все глаза смотрели на Эллиса, который, водрузив очки на нос, объявил:

– Как многие из вас знают, завтра утром в Центре нейропсихиатрических исследований будет произведена операция на височной доле мозга – операция третьей стадии, как мы ее называем, – на человеке.